Жизнь сюрпризы преподносит,
Жизнь лупит нам под дых,
И депрессия все косит
Наши стройные ряды.
Обстановка неспокойна,
Психиатры сбились с ног,
А народ сигает в окна,
Нажимает на курок.
Люди злы, как прокуроры,
Ждут печального конца,
От тоски у всех запоры
И землистый цвет лица.
Улыбаться надо, братцы,
Не сдаваться, молодцы!
Если нация в прострации,
То нации - концы.
Эй, страдалец, зачитай-ка
Список личных неудач.
"Зайку бросила хозяйка!
Уронили в речку мяч!"
Из туфты не делай драму:
Мир прекрасен, жизнь идёт.
Глянь-ка - мама моет раму,
Саша кашу смачно жрёт.
Что, начальник обижает?
Да ты в гробу его видал.
Негритят жена рожает?
А вдруг твой прадед - Ганнибал?
Это мелкие печали,
Был и хуже беспредел:
Одного вообще распяли,
Так он терпел и нам велел.
Если водку пить печально,
Можно тихо ошизеть,
Но всё не так суицидально,
Если в корень посмотреть:
Денег нет - так и не будет,
Что ж печалиться о том.
Ты дыши, брат, полной грудью,
Жуй морковку полным ртом.
Занимайся сексом, спортом,
Плавай, рыбок разводи,
Дай хоть раз начальству в морду,
Делай что-то, не сиди.
Подними с дивана мощи,
Встань, занятие найди.
Соблазни соседку, тёщу,
Тестя... - только не сиди!
Всё будет обалденно,
И не о чем скорбеть.
Вам надо ежедневно
Сто сорок раз пропеть
О том, что всё отменно,
Всё просто офигенно,
Всё ништяк.
У нее были крылья. А он не знал, вернее, не хотел верить.
Она умела летать. А он и знать об этом не хотел. Спуская ее каждое утро с лиловых облаков, он говорил:
- Не выдумывай, глупышка. Ты не умеешь летать.
А она не обижалась. И снова улетала. Бродила одиноко по облакам, бросала солнце, как мяч. Ловила мечты людей и играла ими словно песком, пропуская их сквозь нежные пальцы.
Но приходил он. Он был старше ее, он не умел летать. Он находил ее, потому что у него были связи.
Она убегала от него, игриво смеясь и окунаясь в очередное облако. А ему стоило щелкнуть пальцами, как две большие, хищные птицы останавливали ее.
У нее была детская душа. Она любила полевые ромашки. Он находил тону ромашек. Осыпая ее с ног до головы. Но она не смеялась. Она смотрела на них. Крупные, садовые, бездушные цветы веяли холодом также как и он.
Она была ветром. Каждую ночь летела она к звездам, отправляя им воздушные поцелуи. Звезды сплетали ей венок и предлагали остаться с ними.
Но приходил он.
- Не выдумывай, глупышка. Ты не ветер! - говорил он.
Она любила дождь. Она пробиралась сквозь капли, к самому сердцу дождя. Она была радугой. Она рисовала ее цвета, окуная кисть в лужи. Она рисовала город.
- Не выдумывай, глупышка. Ты не радуга! – говорил он.
У нее было сердце поэта. Она подбрасывала его в облака и окунала в воду. Она любила поэзию.
- Не выдумывай, глупышка! – говорил он. – Ты не поэт.
Она любила рисовать. Окунет как-то кисть в акварель и нарисует закат. Потом подарит его людям.
Но приходил он:
- Не выдумывай, глупышка. Ты не художник.
Однажды она улетела. Улетела навсегда. Оставив крылья. А может, ушла. Босиком, собирая ромашки и вплетая их в волосы.
Он остался один…
Он брал ее кисти и пробовал рисовать закат. «Я не художник», - подумал он.
Он пробовал писать стихи. Рвал бумагу и думал: «Нет, я не поэт».
Он рвал ромашки, смотрел на звезды, раскрашивал радугу, окуная кисть в лужи.
Ходил по лиловым облакам.
Потом взял ее крылья.
Встал на самое высокое облако.
Рванулся вниз.
«Я не умею летать», - подумал он…
Голодный муж в нестиранной рубашке
Заваривал на кухне «Доширак»…
Осознавая страшную промашку,
Шептал: «Какой я, всё-таки, дурак!
Хотел, как лучше, вышло – как обычно.
Чёрт, видно, дёрнул показать жене
Своею собственной рукою, лично,
Как выходить в проклятый Интернет!
Человек мечтал, добивался, из кожи лез — и получил то, что полагал себе счастьем: деньги, слава, любимый супруг. И вдруг по прошествии краткого времени обнаруживает, что счастья - нет. Как так? А черт его знает ...
Мне дерьмово, так дерьмово, просто хуже не бывает.
А улыбка бесшабашно на лице моем не тает,
А в глазах сияют звезды, всем невстреченным навстречу,
И конечно мне не поздно сказкой чудной сделать вечер.
В жизненной коллизии любой
жалостью не суживая веки,
трудно, наблюдая за собой,
думать хорошо о человеке.
**
Творец дал женскому лицу
способность перевоплотиться:
сперва мы вводим в дом овцу,
а после терпим от волчицы.
**
Был холост - снились одалиски,
вакханки, шлюхи, гейши, киски;
теперь со мной живет жена,
а ночью снится тишина.
В любой отрицательной вещи можно найти и положительные стороны:
Вот, например, молоко сейчас ненатуральное.
Плохо!? Как сказать. Зато поставишь его кипятить, а сам забудешь (ну, допустим, увлеченный LP ), а оно все будет кипеть, но никогда не выкипит – и молоко цело, и плита не испачкана.
), а оно все будет кипеть, но никогда не выкипит – и молоко цело, и плита не испачкана. 
