Еще в детском саду воспитательницы нам рассказывали, что мальчики пытаются засунуть нитку в иголку, а девочки насадить иголку на нитку, забывая упомянуть при этом дядюшку Фрейда.
Монотонный шум, шум бьющихся капель, темнота, блеклый свет от проезжающего мимо автомобиля... холодно.
Вечер навеивает только грусть, дождь заставляет забыться во сне, но что-то мешает остановить время.
Обычный дождь сближает двух людей, как вода заполняем щели. Они начинают чувствовать друг друга, особенно если их чувства ещё сильны в их памяти... Вот представить, что сейчас, смотря в окно, она тоже, так же смотрит в него, они одновременно отходят от окна, вдруг резко возвращается к окну, проводит рукой по стеклу, на стекле остаётся испарина от её дыхания... она грустит. Пляж, пляжный грибок, моросит мерзкий дождик, слабые волны.
Море становится тёмно-синим, снова эти волны на песчаном пляже, шум разбивающейся о волнорезы воды, крик чаек...
Где-то вдалеке идёт пароход, медленно, как протекает жизнь человека. И только дождь, он повторится как воспоминания, повторится ещё много раз, его можно ещё раз пережить, но прошлое уже не вернуть.
Они стояли под этим грибком несколько лет назад, они были счастливы, несмотря на дождь, несмотря на холод и ветер, - они были счастливы, потому что они были вместе.
С тех пор грибок накренился, поржавел, но он, так же как и тогда, может укрыть от дождя, но не может вернуть тот день...
Её промокшее, прилипшее к телу платье, её глаза, губы, счастливая улыбка, ямочка на щеке, слипшиеся волосы... Они грелись, обнимая друг друга, любили друг друга...
Дождь усилился, капли стали крупнее, на воде стали образовываться "пузырьки". И вдруг она вырвалась из объятий, выбежала из-под грибка и начала смеяться, кружиться, смотря на небо. Сверкнула молния, грянул гром, такой сильный гром, она зажмурилась, прикрыла уши руками...
Безумство созданное чувствами руководило ими в тот момент, но безумство проходит, остаётся действительность, реальность со своими плюсами и минусами, то есть не остаётся ничего...
Их тоже нет, просто нет, но есть дождь, спокойный тихий дождь и барабанящие капли по подоконнику...
Она и Он, два человека, которые могут быть счастливы, но дождь идёт, не сближая их...
Мягкие языки пламени, безжалостно разрывая темноту, настойчиво стремились куда-то в высь. Они как будто бежали наперегонки, толкали друг друга из стороны в сторону, пылали от желания наконец достигнуть своей цели: дотянуться до звезд. Чем их так манили эти холодные серебристые сплетения, никто не знает: то ли от восхищения, то ли от желания занять их место. Они весело подмигивали друг другу, смеялись, бранились. И от всего этого балагана шло приятное ощущение тепла и заботы...
- Ты, наверное, совсем там замерзла, моя малышка? Сядь поближе к костру. Вместе с ним и моей любовью я попытаюсь тебя согреть.
Она двигалась по росистой траве так бесшумно и легко, что можно было сказать: она плывет... Темная бронза ее волос спадала на ее хрупкие плечи, и в этом свете костра как бы переливалась тысячами искорками, придавая ей немного таинственности и даже колдовства.
- Я так люблю смотреть на огонь. Не знаю почему, но он так притягивает мое внимание. Он как будто танцует... Посмотри! Ты когда-нибудь видел более страстный танец, когда сгораешь до того, как сделаешь последний такт? Движение огня... Такое плавное и такое стремительное... Оно поглощает тебя целиком, а ты даже не можешь сопротивляться... Это необычная ласка..., необычное влечение...
- Ты такая выдумщица, малышка! Сколько раз я видел огонь, видел его пламя. Но никогда не замечал, как он танцует. Ты во всем обыденном, протухшем серостью и банальностью до мозга костей, видишь что-то загадочное, необычное... Я иногда думаю, может ты совсем из другого мира, ведь ты так не похожа на остальных. В тебе нет маленькой загадки, ты сама - одна большая тайна! И мне порой так хочется ее разгадать, разобраться, какая ты на самом деле. Но чем больше я узнаю тебя, тем больше мне кажется, что ты непостижима.
- Глупенький! Ты пытаешься поймать солнечного зайчика! Но чем больше ты к нему приближаешься, тем больше он отдаляется от тебя. Пока ты любишь меня, я всегда буду оставаться для тебя загадкой, «пришельцем» из другого мира...
Теперь, чтобы ее согреть, ему не нужен был костер. Весь жар его тела обрушился на нее всепоглощающей лавиной. Никакие слова не передадут их ощущения в эти минуты...
Может быть, они не были созданы друг для друга, но она смогла подарить ему всю свою безграничную любовь, она сумела создать для него свой мир, без обмана и предательства. А у него не хватало слов, чтобы выразить свою благодарность ей за это. Скорее всего он превратил ее в любовь, такую же преданную и чистую, какой она является на самом деле. И теперь им не страшны никакие невзгоды, ведь теперь они вместе...
Теплая июльская ночь укутывала их пеленой сна... Ее легкий аромат, смесь луговых трав и свежего сена, кружил им головы, заставляя обо всем забыть и погрузиться в неповторимый мир любви... Где-то далеко разливались в пении соловьи и стрекотали кузнечики... Природа засыпала... И только танец огня не хотел прекращаться. Казалось бы, что вот пламя затухает, как оно с новым жаром начинало свои движения, отражая всю стихию огня...
Никогда не упрощайте необыкновенное! И этот мир вам не будет казаться таким тусклым и безрадостным...
Вы обидели меня, я обидел вас.
И на две обиды больше стало из-за нас.
На Земле растут обиды, словно снежный ком,
Раздирая нам сердца, вызывая стон.
И теперь не разобраться - кто,когда и где
Затаил в себе обиду первым на Земле.
Совершенно ведь не нужно - это чувство нам,
Но никто не скажет первым:"Сдачи вам не дам".
Глупый гонор - наш советник, разум наш украл,
И разумный человек - вдруг нахалом стал.
Невозможно прекратить,колкостей поток,
И добиться невозможно, чтоб противник смолк.
Рой обид жужжит вокруг каждого из нас,
Подрывая нам здоровье - убивая нас.
И бывает даже так:"Под тяжестью обид,
Человек лежит недвижим,параличом разбит".
В старой книге прочитал я, что нам предпринять:
"Эта заповедь простая -надо всем прощать".
От теории сухой, к практике иди,
Ты сегодня, прям сейчас, всех прощать начни,
От души прощай людей, себе не надо врать,
Только искренне прощая, можем мы прощать.
И прощение проси, гордыню изгоняй,
Нам работы над собой - непочатый край.
